Свежий выпуск: сентябрь, 2019
Риск ценою в олимпийское «золото»

Первым читателем вышедшего в этом номере материала нашей традиционной рубрики «Олимпийский всеобуч»,...

Символический пояс самбиста «пойдёт по кругу»

Престижный турнир под названием «Кубок по самбо полномочного представителя Президента РФ в Уральском...

Имя пользователя:
Пароль:
 Запомнить
Регистрация

Обратная связь

Крутые виражи тюменского дзюдо

Как известно, в нашей стране чемпионат мира по дзюдо проходил лишь однажды – в 1983 году в Москве, и мне посчастливилось стать его очевидцем. Тогда тюменский тренер Николай Хохлов взял меня с собой в столицу, дабы увековечить факт участия в этих исторических соревнованиях своего молодого прогрессирующего воспитанника Евгения Хижнякова. Однако среди выходивших на столичное татами мы Женю не увидели. Недавно встретился с Николаем Петровичем в «Центре дзюдо» и попросил его напомнить: что же произошло? Но прежде познакомлю вас с самим Евгением.


В центре Евгений Хижняков и его тренер Николай Хохлов 

Он «прорубил» окно в Европу

Судя по спортивной карьере Евгения Хижнякова, можно было предположить, что свои первые в жизни шаги он сделал на татами.

— Увы, — смеётся мой собеседник, — спортом я начал заниматься довольно поздно — с пятнадцати лет. Меня, крепкого от природы восьмиклассника, увидел на улице Николай Петрович Хохлов и настойчиво пригласил в секцию самбо. «Такой здоровый, а ходишь сгорбленный, — пристыдил он, — давай, приходи на тренировку». Я пришёл в спортзал индустриального института, где тогда занимались самбисты. Хохлов сразу же предупредил, что поначалу будет тяжеловато, и неожиданно предложил: «Дай мне слово, что ты хотя бы месяц на тренировки походишь». Деваться было некуда, и я его условие принял. А тогдашним тяжам-старшекурсникам Володе Жирову и Володе Мелких как раз не хватало партнёра для отработки бросков. Так что я им пришёлся очень даже кстати. После первой же недели вынужденных «спаррингов» меня так и подмывало бросить всё к чертям. И я наверняка перестал бы ходить на тренировки, но удерживало данное тренеру обещание. Очень благодарен Николаю Петровичу за его маленькую хитрость…

Уже через два года тренировок 17-летний тюменский тяжеловес успешно дебютировал на проходившей в Венгрии «Динамиаде» (турнир с участием спортсменов социалистических стран) — завоевал серебро молодёжных соревнований.

— После этой поездки я стал ещё серьёзнее относиться к дзюдо, — вспоминает Евгений, — дело в том, что в Венгрии выступала тогда не только молодёжная, но и взрослая команда. И я своими глазами видел, как люди старшего поколения относятся к борьбе, с какой самоотдачей сражаются на татами. Полагаю, и сегодня не грех было бы проводить международные турниры с одновременным участием и молодых, и взрослых борцов. Во всяком случае, для роста моего спортивного мастерства такая практика имела решающее значение.

В том же 1978 году Хижняков стал победителем юношеского первенства России, бронзовым призёром первенства СССР. В 79-ом замкнул пятёрку сильнейших на молодёжном первенстве страны. А в 80-ом аналогичный турнир выиграл. Вообще, тот год Евгений провёл мажорно: победно выступил на международных соревнованиях в Голландии и Азербайджане, стал серебряным призёром представительного турнира, проходившего в Румынии. В столичных кругах он прослыл перспективным парнем. Действительно, наш юный земляк обладал не только отменными физическими данными, но и великолепным тактическим мышлением. И его живо взяли в оборот: приобщили к тренировкам сборной страны, поставив на её стипендию (тогда она составляла 180 рублей), устраивали спарринги со взрослыми мастерами… Ему прочили успех на молодёжном первенстве Старого Света. Но дебюту не суждено было состояться.

— А как хорошо всё складывалось, — с грустной улыбкой вспоминает Хижняков. — Для большей эффективности тренировочного процесса нас подключили к проходившим в Подольске сборам взрослой команды, которая готовилась к чемпионату Европы. По их завершении дали возможность недельку провести дома. И я, конечно же, предоставленной возможностью воспользовался. Дело было осенью. Погода — хуже не придумаешь. Долгое ожидание поезда на холодном порывистом ветру вышло боком — в Тюмень я приехал с воспалением лёгких. За неделю сбил температуру, и снова на сборы. Но восстановиться после болезни не удалось. К тому же обострился хронический тонзиллит. Так что врачи моё участие в европейском первенстве «зарубили».

Дома Хижнякову сделали операцию. Он отдохнул, поднабрался сил… И в 1981 году выиграл молодёжное первенство СССР по самбо. На стартующий в Японии юниорский чемпионат мира он бы отправился первым номером советской сборной. Но и этот дебют, увы, не состоялся. На страну Восходящего Солнца обрушился разрушительный ураган, и чемпионат отменили.

— Что потом? — переспросил Евгений. — Тренировки, турниры… Словом, привычная работа. Я как раз находился в том пограничном возрасте, когда из юниорской переходят во взрослую команду. Поэтому надо было постоянно проявлять себя в дзюдо.

И он проявлял. В 82-м стал серебряным призёром Всесоюзных молодёжных игр. Годом позже завоевал золото чемпионата России. Уверенно боролся и на взрослом чемпионате Советского Союза. Во всяком случае, никому из соперников ни разу не удалось бросить его на татами. Но лавры достались не ему. В одной из ключевых схваток судейское большинство отдало победу его сопернику. В итоге Евгению пришлось бороться лишь за бронзу. И эту схватку он выиграл. А ещё стал победителем Спартакиады народов РСФСР. Тогда, кстати, дзюдоисты сборной области приятно удивили спортивное руководство.

— Дело в том, что у нас в «Динамо» шло негласное соперничество между дзюдоистами и «классиками», — рассекречивает Евгений. — До той поры они всегда приносили в копилку сборной области больше очков. А тут мы им дали солидную фору, завоевав в командном зачёте четвёртое место.

Списочный состав той удачливой дружины я нашёл в «Энциклопедии физической культуры и спорта Тюменской области» под редакцией профессора Валентина Зуева. Кроме моего героя в неё входили Пётр Кондрюков, Малхаз Персашвилли, Александр Шабалда, Вячеслав Юрлов, Олег Тарасов и Сергей Леденёв. Всё в том же 83-м Хижняков становится бронзовым призёром Спартакиады народов СССР. Так что переход тюменца во взрослую сборную страны прошёл органично и безболезненно. А его основными конкурентами стали такие именитые и зрелые борцы как Тюрин и Веричев. Но Женя был парнем по-хорошему амбициозным, и не очень-то преклонялся перед старшими по возрасту авторитетами. Тем более, что в неофициальных встречах, проходивших во время сборов, ему удавалось выигрывать и у того, и у другого.

А потом был тот злополучный чемпионат мира, на котором должен был выступать Хижняков.

— Кроме меня на участие в нём претендовали Бикташев из Самары и Куваев из Майкопа. Хотя мы боролись примерно на одном уровне, в ответственных турнирах я всё-таки выступал успешнее. Правда, мои конкуренты были значительно старше и руководство сборной, видимо, посчитало их более опытными. Так что третьим лишним назвали меня.

После такой несправедливости Женин энтузиазм несколько поостыл. Впрочем, на качестве выступлений это не сказалось. В следующем году он вновь выиграл чемпионат России. А из большого спорта ушёл в 88-м. В постсоветской неразберихе не заблудился. Закончив в своё время с красным дипломом машиностроительный техникум, и успешно отучившись в архитектурно-строительном вузе, нашёл и занял свою нишу в бизнесе, которым занимается и по сей день.

Жертва паритета

Итак, Хижняков предположил, что руководство сборной СССР не включило его в команду, выступавшую на чемпионате мира, отдав предпочтение более старшим и более опытным борцам. А теперь, как и обещал, даю высказаться по поводу событий 28-летней давности заслуженному тренеру страны Николаю Петровичу Хохлову.

— После утверждения на место в тяжёлой весовой категории самарского дзюдоиста Хабиля Бикташева, на место в абсолютной претендовали призёры Спартакиады народов СССР армеец Куваев из Майкопа и тюменский динамовец Хижняков. Между ними организовали контрольную встречу, победитель которой, как заявляло руководство федерации, выступит на мировом чемпионате. Этот принципиальный поединок выиграл Евгений. Но буквально за два дня до соревнований нас уведомили: в связи с тем, что на Хижнякова Тюменский обком комсомола не прислал характеристику, бороться на чемпионате мира в абсолютной весовой категории будет Куваев. Предлог явно надуманный — просто Женя оказался жертвой негласной межведомственной борьбы за места в национальной команде между динамовским и армейским руководством. Поскольку в тяжёлом весе за сборную СССР заявили самарского динамовца Хабиля Бикташева, то «абсолютку», дабы соблюсти паритет, отдали под армейца. Так что решение о включении Куваева в команду было принято на высоком уровне, и опротестовывать его было бессмысленно.

— Но Куваев, по-моему, на том чемпионате остался без медали?

— Он оказался далеко от призового подиума, потому что на тот момент был психологически не готов к борьбе. А вот Женя, выиграв подряд несколько международных турниров, был на подъёме. Конечно, «золото» ему вряд ли бы досталось — в то время на мировой арене блистали японцы. Но побороться за медаль мог вполне.

«Золотой» бросок на «юко»

Традиция принародно чествовать лучших спортсменов и тренеров нашей области родилась в середине 90-х годов прошлого столетия. «Спортивная элита-95» — так назывался дебютный торжественный вечер во славу героев тюменского спорта. Десятку лучших спортсменов по олимпийским видам спорта возглавил тогда Николай Ожегин.

Помнится, кандидатура этого урайского дзюдоиста была утверждена на заседании коллегии облспорткомитета безоговорочно. Ещё бы! Такого и представить было немыслимо: выиграть чемпионат мира, проходивший на территории родоначальников дзюдо, одолев в финальном поединке их лидера Соноду! А ведь никто из болельщиков страны Восходящего Солнца не сомневался в победе своего кумира, не сходившего накануне чемпионата с телеэкранов.

Как заметил в нашей беседе по «горячим следам» Сергей Кабанов, тренер возмутителя японского спокойствия, хозяевам успех Соноды нужен был, как воздух. Дело в том, что победа в самой тяжёлой и самой лёгкой весовых категориях считалась у них наиболее престижной. Так вот, в споре супертяжеловесов верх взял француз. Да и в большинстве других весовых категорий на высшую ступеньку токийского подиума поднимались европейцы. В итоге под занавес чемпионата в копилке японской команды оказалось лишь две золотые медали вместо шести запланированных. Так что выигрыш в престижном весе — 60 кг — стал бы для хозяев своеобразным утешением: поставили, дескать, победную точку. Впрочем, нашей команде успех в последней схватке турнира был ещё нужнее — неловко же возвращаться домой без единого «золота».

Ожегин и его наставник отлично знали с кем предстоит биться в финале. Сонода — чемпион мира, чуть ли не национальный герой, на его стороне и болельщики, и судьи. На что рассчитывали?

— Хотя Николаю бороться с Сонодой предстояло впервые, у нас была возможность наблюдать за его поединками на чемпионате, — рассказывал Кабанов, — и, просматривая видеозапись его борьбы, мы заметили особенность японца, который был на голову выше Николая, буквально в каждой схватке располагать свою руку так, что лучшего момента для молниеносного броска не придумать…

И Ожегин блестяще реализовал домашнюю заготовку под кодовым названием «бросок на «юко», на миг повергнув огромный зал японской столицы в гробовое молчание.

Мы надеялись, что этот свой успех Николай повторит на Олимпиаде в американской Атланте. Увы, наш земляк хотя и стал лучшим в российской сборной, но занял лишь пятое место. С тех пор Ожегина преследовали травмы, он перестал интересовать журналистов, и об экс-чемпионе мира стали постепенно забывать. Зато о нём, судя по всему, всё это время помнили японцы. Во всяком случае, летом 1998 года в Тюмень, чуть ли не инкогнито, прилетела телегруппа компании «Токио-видео-центр», чтобы встретиться с курсантом Высшей школы милиции Николаем Ожегиным.

— Мы собираемся снять у вас материал для спортивной программы крупнейшей японской корпорации «Эй-Эйч-Кей» («NHK») по её заказу, — поделилась тогда со мной через московского переводчика миловидная и улыбчивая директор телепрограммы Якико Кобаяси, — она будет посвящена уже известным событиям, ставшими в своё время спортивными сенсациями.

К разряду таковых заказчики программы отнесли и поединок олимпийского турнира в Атланте между чемпионом мира Николаем Ожегиным и малоизвестным японским дзюдоистом Намурой. Словом, честолюбивые японцы дождались своего часа, чтобы разродиться кинодокументом то ли во славу своего живучего дзюдо, то ли в назидание своим будущим самоуверенным сонодам.

— Фильм, как я понял, будет о вашем олимпийском чемпионе. Стало быть, Ожегин вам интересен, как борец, который помог угаснуть одной вашей спортивной звезде и загореться другой? — спрашиваю свою собеседницу.

— Да, да, — кивает, улыбаясь, — после чемпионата мира 1995 года Сонода действительно перестал быть национальным героем, а Намура стал им после Олимпийских игр в Атланте.

Залечив травмы, Ожегин взялся готовиться к Олимпиаде-2000. Поначалу всё шло неплохо: Николай выиграл подряд несколько всероссийских турниров, потом — международный, под занавес которого ему и его тренеру присвоили седьмой дан. Это очень высокая квалификация, присваиваемая Европейским Союзом дзюдо. Подобной чести, кстати, российские дзюдоисты удостоились тогда впервые. Соответствующий диплом и чёрный пояс с опознавательной нашивкой Николаю вручил, специально прилетев в Тюмень, вице-президент этого Союза Геннадий Калеткин. По итогам 1999 года Ожегин вернулся в десятку сильнейших спортсменов области, но в «элитном» списке его фамилия уже стояла в алфавитном порядке.

В конце концов Николай занялся тем, с чего начинал свою спортивную карьеру — самбо. Под руководством своего нового наставника Николая Хохлова он быстро вошёл во вкус и в 2003 году стал в этом виде борьбы мастером спорта международного класса. Сегодня Николай Ожегин возглавляет частный спортивный клуб своего имени.

 

Текст: Сергей Пахотин. Фото: из архива автора
Рубрики: Дзюдо

Ваш комментарий

Автор:
Эл. почта: (не публикуется на сайте)