Свежий выпуск: сентябрь, 2017
Три недели детского счастья

У тюменской федерации айкидо это уже стало традицией — организовывать в летние каникулы для самых...

«Дорожная карта» обязывает

С началом учебного года в областной столице вновь полнокровно заработали секции в спортивных школах,...

Имя пользователя:
Пароль:
 Запомнить
Регистрация

Обратная связь

«Бразильский карнавал» в итальянской Кортине

Стать хозяином зимней Олимпиады-1944 знаменитому итальянскому курорту Кортина д’Ампеццо помешала Вторая мировая война. Игры 1952 года у него «увела» норвежская столица — за Осло проголосовало большинство членов МОК. Зато при выборе столицы VII Белой Олимпиады Кортина по числу голосов с огромным преимуществом опередила своих конкурентов — Колорадо-Спрингз, Лейк-Плэсид и Монреаль.

Для своего времени VII зимние Игры были уникальными по нескольким причинам. Во-первых, впервые большую часть затрат на их организацию и проведение взяло на себя не государство, а привлечённые спонсоры. Во-вторых, Игры 1956 года стали первыми, с которых велись прямые телетрансляции (следить за олимпийскими баталиями могли обладатели телеприёмников в 22 странах). И, наконец, впечатляла инфраструктура.

К 1956 году в Кортине д’Ампеццо был возведён современный Ледовый стадион с четырехъярусными трибунами, вмещавшими 12 тысяч зрителей, приведены в порядок лыжные, горнолыжные и бобслейные трассы, а новый трамплин стал тогда одним из лучших в мире. Поражало воображение ноу-хау хозяев Игр, позволившее обновить ряд мировых рекордов: конькобежная дорожка на плавающей льдине на высоте 1750 метров над уровнем моря. Подкупало и то, что все олимпийские объекты располагались в шаговой доступности друг от друга.

По сравнению с предыдущими в олимпийской программе Игр-1956 произошли серьёзные изменения: дистанция мужской лыжной гонки сократилась с 18‑ти до 15‑ти километров, добавилась гонка на 30 км, а также женская эстафета 3×5 км. Демонстрационные виды, присутствовавшие на всех предыдущих зимних Играх, в Кортине отсутствовали вовсе.

Участниками VII зимних Олимпийских игр стали (по разным данным) от 820 до 824 спортсменов из 32 стран — рекордные на то время показатели. Было разыграно 24 медальных комплекта: по шесть — в горнолыжном спорте и лыжных гонках, четыре — в конькобежном спорте, три — в фигурном катании, две — в бобслее и по одной — в лыжном двоеборье, прыжках с трамплина и хоккее с шайбой. В числе олимпийских дебютантов оказались атлеты из Боливии, ГДР (они выступали в объединённой команде с ФРГ), Ирана и СССР.

Церемония открытия, как и заведено, началась с парада стран-участниц. Знаменосцем советской команды был конькобежец Олег Гончаренко, ставший на Играх-1956 двукратным бронзовым призёром (на дистанциях 5000 и 10000 метров). Затем, обратившись к собравшимся с торжественной речью, президент Италии Джованни Гронки объявил VII зимние Олимпийские игры открытыми.

Зажечь чашу Олимпийского огня было доверено конькобежцу Гвидо Кароли. И тут случился главный курьёз пролога Игр: атлет споткнулся о телевизионный кабель и упал! К счастью, факел Гвидо сумел удержать — огонь не потух, и итальянец смог исполнить почётную миссию. Затем прозвучала олимпийская клятва. Впервые в истории Игр её произносила женщина — итальянская горнолыжница Джулиана Кеналь-Минуццо, бронзовый призёр предыдущей Олимпиады.

Впервые, отправляя своих спортсменов на Игры, советское правительство требовало от олимпийской сборной только победы. Председателем Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта Николаем Романовым был составлен подробный медальный план, главная ставка в котором делалась на лыжников-гонщиков, конькобежцев и хоккеистов. Пусть призрачная, но всё же существовала (в отличие от лыжного двоеборья и прыжков с трамплина) надежда на медаль в горных лыжах. А вот фигуристам и бобслеистам в олимпийской сборной из 55‑ти (по другим данным — 53‑х) спортсменов, представлявших одиннадцать городов четырёх союзных республик, места не нашлось. Первых не рискнули вести на Игры из‑за неконкурентоспособности, вторых — ввиду «смертельной опасности для жизни спортсменов» самой этой дисциплины, которая в СССР не культивировалась.

Около года советские спортсмены целенаправленно готовились к олимпийским стартам — сперва на просторах родной страны, потом в Австрии, Швейцарии и Германии. И реальность превзошла самые смелые ожидания: сборная Советского Союза уверенно первенствовала в неофициальном командном зачёте, завоевав семь золотых, три серебряных и шесть бронзовых медалей. А вот команда Норвегии, побеждавшая на пяти зимних Играх, неожиданно оказалась только седьмой — в её активе две золотые награды, одно «серебро» и одна «бронза». Второе и третье места заняли соответственно австрийцы (4‑3–4) и финны (3‑3–1).

Игры в Кортине прошли, как говорится, без сучка, без задоринки. Процитирую любимого мною олимпийского летописца Валерия Штейнбаха: «В олимпийские дни жизнь в тихом курортном городке стала похожа на бразильский карнавал… Бородатые, очень живописные альпини, ходившие в белых комбинезонах и зелёных тирольских шляпах с пером, самоотверженно трудились, обеспечивая проведение соревнований. Они выставляли номера с результатами, трамбовали снег на трамплине, расставляли флаги на слаломных трассах, подбирали пострадавших, развозили снег по дистанциям, когда его не хватало. Кстати, его пришлось транспортировать из Австрии. Французская газета „Экип“ иронизировала по этому поводу: „Снег взвешивают по миллиграммам, как кокаин. Ещё немного, и его начнут продавать из‑под полы“. Но, несмотря на недостаток снега, к лыжне нельзя было предъявить никаких претензий: все дистанции лыжных гонок хозяева подготовили отлично».

Главной сенсацией VII зимних Олимпийских игр стали соревнования конькобежцев. Обладатели трёх золотых и трёх бронзовых медалей предыдущих Игр — норвежцы — на сей раз довольствовались лишь одним «серебром» и одной «бронзой». Бал в Кортине правили советские спортсмены. На «пятисотметровке», обновив мировой рекорд, первенствовал Евгений Гришин, его товарищ по команде Рафаэль Грач завоевал «серебро». На дистанции 1500 метров двое наших конькобежцев — Гришин и Юрий Михайлов финишировали с одинаковым временем, установив новый мировой рекорд (обоим были вручены золотые медали). Четвёртое «золото» завоевал для нашей страны Борис Шилков — бег на 5000 метров он выиграл с новым олимпийским рекордом. Лишь на дистанции 10000 метров «золото» досталось не нам — его обладателем стал швед Сигвард Эрикссон. Итак, с учётом «бронзового» успеха на двух стайерских дистанциях знаменосца нашей сборной Олега Гончаренко, советские конькобежцы завоевали в Кортине семь олимпийских медалей из двенадцати разыгрываемых!

Оправдали ожидания и наши лыжники. В гонке на 10 км победу праздновала Любовь Козырева (позднее выступала под фамилией Баранова), серебряным призёром стала Радья Ерошина. Ещё одно «серебро» Ерошина завоевала (в компании с Козыревой и Алевтиной Колчиной) в эстафетной гонке 3×5 км. Муж последней, Павел Колчин, выиграл бронзовые награды на дистанциях 15 и 30 км. Медали того же достоинства удостоился (в гонке на 50 км) Фёдор Терентьев. А в эстафете 4×10 км советской команде не оказалось равных. Вместе с Колчиным и Терентьевым на верхнюю ступень олимпийского пьедестала поднялись Владимир Кузин и 24‑летний уроженец города Ишима Николай Аникин.

Как и другому именитому нашему земляку, гимнасту Борису Шахлину, любовь к спорту Николаю Аникину привил замечательный тренер и педагог Василий Алексеевич Порфирьев. Под его руководством будущий олимпионик занимался и гимнастикой, и лёгкой атлетикой, и спортивными играми… По его же совету «остановился» на лыжах. «Разносторонняя спортивная подготовка от занятий многими видами спорта позволила создать крепкую базу для последующей специализации в лыжах. Но самое главное, что было заложено в душах ребят, это трудолюбие и неугасимый интерес к занятия спортом», — напишет Николай Петрович в своей автобиографии. За два года до «золотого» олимпийского дебюта Аникин окончил столичный институт физкультуры, получив специальность тренера — преподавателя. В 1960‑ом наш земляк стал двукратным бронзовым призёром Белой Олимпиады в американском Скво — Вэлли — в гонке на 30 км и в эстафете 4×10 км.

По завершении спортивной карьеры Аникин работал тренером сборных команд страны: сперва юниорской, потом — мужской. В 1976‑ом удостоен звания «Заслуженный тренер СССР». В первой половине 80‑х был главным тренером сборной страны. В интервью (датируется февралём 2001 года), которое Николай Петрович дал в Солт-Лейк-Сити известному спортивному журналисту Льву Россошику, он признаётся: «Из тренерских лет лучшими считаю те, когда пришлось руководить юниорской сборной СССР. Работал с замечательной плеядой гонщиков — Скобов, Тараканов, Веденин, Беляев, Зимятов, Смирнов, Вяльбе, Лазутина… Больше всего нравилось то, что у меня была полная свобода действий и выбора. Как, впрочем, и здесь, в США. А вот когда командовал олимпийской командой — с 1981‑го по 1984‑й, находился под прессингом: от меня постоянно требовали результат».

Из того же интервью явствует, что в 1987 году Аникина командировали в США в качестве тренера-консультанта сборной команды этой страны. По окончании контракта, будучи невостребованным в родной федерации, принял предложение американских лыжников создать частный клуб. «Так мы с женой — она у меня по образованию тоже лыжный тренер — и остались работать в Америке». Жили супруги в городке Дулус (штат Миннесота) вместе с двумя своими детьми (старшая дочь осталась в Москве). Там в 2009 году Николай Петрович и скончался, не дожив пару месяцев до своего 78‑летия.

«Есть один вид, в котором русские показали результаты, граничащие с невозможным, и этот вид хоккей», — напишет по окончании победного для нашей команды олимпийского турнира американская газета «Нью-Йорк Таймс». С этим не поспоришь. На пути к чемпионству советские хоккеисты выиграли все семь матчей, забив в ворота соперников 40 шайб и лишь 9 пропустив в свои! Причём, они сумели всухую обыграть двух своих самых принципиальных соперников — хоккеистов Канады и США. В составе нашей команды блистал её капитан — легендарный Всеволод Бобров, о котором Евгений Евтушенко напишет: «Шаляпин русского футбола. Гагарин шайбы на Руси». Про футбол сказано не для красного словца — спустя несколько месяцев Бобров станет в австралийском Мельбурне олимпийским чемпионом и в этом виде спорта.

В финальном матче хоккейного турнира наша команда со счётом 2:0 обыграла сборную Канады. Заокеанским игрокам не помогла ни «боевая раскраска индейцев» (угрожающие чёрные полоски под глазами), ни психологическое давление на соперника перед решающей игрой. Жёстко прессингуя Боброва, они «выбили» его из игры, и во втором периоде команда вышла на площадку без своего лидера. Но это не остановило её натиск. И на шестой минуте нападающий Юрий Крылов вывел нашу команду вперёд. А победный гол на 37‑й секунде третьего периода забил Валентин Кузин. Сохранить ворота в неприкосновенности позволила великолепная игра нашего голкипера Николая Пучкова. Назову имена остальных игроков «золотой» команды: Григорий Мкртычан, Иван Трегубов, Николай Сологубов, Генрих Сидоренков, Дмитрий Уколов, Альфред Кучевский, Алексей Гурышев, Виктор Шувалов, Александр Уваров, Евгений Бабич, Юрий Пантюхов, Николай Хлыстов, Виктор Никифоров.

Эта победа так впечатлила одного из итальянских скульпторов, что вскоре после Олимпийских игр на римском стадионе «Марми», украшенном мраморными статуями, символизирующими различные виды спорта, появилась многометровая статуя «Хоккей». Это была скульптура, слепленная с вратаря олимпийской сборной СССР Николая Пучкова.

Рекордсменом по олимпийскому «золоту» стал 20‑летний австрийский горнолыжник Тони Зайлер, уверенно выигравший в этом виде спорта все три дисциплины. А самым возрастным олимпийским чемпионом, причём, за всю тогдашнюю историю Игр, стал Джакомо Понти — 47‑летний итальянец стал соучастником победы в бобслее-двойке.


 

Текст: Сергей Пахотин. Фото: открытые источники
Рубрики: Олимпийский всеобуч

Ваш комментарий

Автор:
Эл. почта: (не публикуется на сайте)